О самом простом (мягк.). Для взрослых, детей и для тех, кто хочет стать монахом. Монах Симеон Афонский

О самом простом. Для взрослых, детей и для тех, кто хочет стать монахом. Притчи монаха Симеона Афонского. Издательство УкрПринт, 2011 г. 320 стр. Обложка мягкая. Бумага газетная. Размер 205 х 130 х 15 мм. Вес: 205 гр.

О самом простом. Для взрослых, детей и для тех, кто хочет стать монахом. Притчи монаха Симеона Афонского

Современная духовная литература все чаще воспринимается как своего рода источник познания. Люди стараются как можно больше прочитать, развивают духовную эрудицию, полагая, что это и есть — постижение сути Предания. Это не совсем так. Предание — это не только пища для ума. По сути своей Предание ― это нечто гораздо более глубокое и личное. То, что можно понять умом, ввести в какие-то правила и схемы, правильнее назвать духовными поучениями.

       Духовные поучения обычно описывают начальный этап очищения, как выйти из мира страстей. А дальнейший путь — уникален для каждой души, потому что дальше человек встречает все меньше и меньше ориентиров. В этом случае ключевым становится личный контакт с учителем, в котором нечто таинственно передается от души — к душе, или, точнее сказать, от сердца — к сердцу. В духовном контакте или своего рода передаче ориентиров от учителя к ученику мало значения имеют слова, в этом случае не поможет и эрудиция. Такая таинственная передача духовного опыта возможна только готовой, зрелой душе, чуткому смиренному сердцу.

       Оказывается, некоторые духовные ориентиры вполне возможно передать евангельским языком — посредством притч. Так появилась первая книга притч монаха Симеона «Таинственные беседы». Новое произведение этого автора является продолжением первого опыта. Здесь за каждым коротким повествованием стоит некая духовная формула или идея, дающая определенный ориентир. Главное — уловить эту идею. Ее трудно выразить логически, а тем более сформулировать посредством богословских понятий, тем не менее можно указать на нее отвлеченным рассказом.

       Эти притчи рассчитаны на то, чтобы во время чтения человек пытался останавливать мельницу ума, мелющую безконечные помыслы. Нужно учиться читать так, чтобы сердце откликнулось. В этом смысл притч: прочитал одну историю — и достаточно. Не стоит каждый раз разбираться, — что именно в какой-то конкретной притче автор имел в виду. Как только ум начнет анализировать, он будет закрывать духовное видение сердцу. Наоборот, важно научиться слушать. Это и есть начало пути к простоте.

       Если взглянуть на книгу «О самом простом» с духовной точки зрения или с точки зрения внутреннего содержания, то она оказывается предельно концентрированной. Это является одной из ее главных особенностей. В этом как раз книга притч отличается от прочей духовной литературы, успокаивающей читателя. Духовные откровения книги притч, наоборот, заставляют остановиться, задуматься. Можно было бы сказать, что духовный подтекст книги притч задает некое направление, в соответствии с которым мы можем себя корректировать. И это направление может оказаться совершенно неожиданным.

       Автор обращает наше внимание к типичным для евангельских притч образам — обыденным ситуациям и эпизодам из повседневной жизни. Книга «О самом простом» перекликается с притчами Господа во многих темах: добра и зла, жизни и смерти, абсурдности мира, опасности духовного пути, лукавства и простоты. В этом отношении притчи будут одинаково актуальны как для монахов, так и для мирян.  Подобно тому как Евангелие — это разговор со Христом, книга притч — своего рода живой разговор со Старцем. В ней каждая новая притча — это новая встреча, новый вопрос и новая задача.

       Новая книга монаха Симеона является попыткой передачи духовного опыта Евангельским языком притч. Это произведение адресовано прежде всего чуткому смиренному сердцу. За каждым отвлеченным рассказом скрыто глубокое духовное прозрение автора. Если читателю удастся постигнуть скрытый смысл притч, то он получает новое направление работы над собой и оказывается на грани нелегкого выбора.

О простеце и наследстве

    Один простец получил наследство – несколько сот золотых монет. Об  этом узнал ловкач и сказал простецу, что тот может удвоить наследство. – «Неужели? А как?» - Поразился простец неожиданной удаче. – «Есть в скале, неподалеку, отверстие, - начал рассказывать ловкач. – Если бросить туда одну золотую монету, то оттуда выскакивают две золотые монеты!» - «Не может быть!» - Усомнился простец. – «Что ж, иди, проверь сам!» - Сделав вид, что обиделся, сказал ловкач. – Говорю тебе, это чистая правда!»

Простец взял свои золотые монеты и отправился к заветной скале. Но ловкач добрался туда быстрее, пролез в скалу по узкому лазу, и спрятался внутри. Вскоре пришел простец и кинул в отверстие золотую монету. И тут, к своей великой радости, он увидел, как обратно, одна за другой, выскочили две золотые монеты. – «Верно! – обрадовался простец. – Чистую правду сказал мне тот добрый человек!»

 Он высыпал из мешка все золотые монеты,  быстренько побросал их в чудесное отверстие и с нетерпением подставил мешок. Но, увы! Обратно их он уже не дождался.

      К погоне за богатством неизбежно присоединяется жадность, а плод жадности – потеря и того, что имеешь:

                                            Жадность обуяла –

                                           Пиши пропало.

Прохожий и перекресток

    Прохожий попал на перекресток, где справа было написано: «Хорошая жизнь», слева была надпись: «Плохая жизнь», а прямо перед ним был указатель с надписью: «Путь к Богу». – «Ну, к Богу-то я еще всегда успею – сказал прохожий, - а вот пожить хорошо – это как раз для меня!»

 Пошел вправо, начал жить честно, по совести, но стало ему скучновато. «Дай, - думает, - попробую, что такое «плохая жизнь»?» Повернул налево, а там разгул: днем и ночью пьянки да танцы – дым столбом! Скоро и эта жизнь стала ему невмоготу. До того измучился, что выскочил оттуда, как ошпаренный!

 Снова попробовал жить хорошо, но опять соскучился. Перешел влево повеселиться, но потерял здоровье и умер.

      Есть только один путь жизни – путь к Богу, все остальные пути одинаковы, ибо они забирают твою жизнь:

                                             Бог ждет на узком пути,

                                            А на широких путях Его не найти

Чиновник и смерть

    Некий чиновник не верил в существование иного мира, а доверял только научным фактам. Однажды, когда он сидел в своем кабинете, к нему без стука вошел странный смуглый человек, весь в черном. В руке у него была веревка. –«Как вы посмели зайти ко мне без доклада моего секретаря?» - С раздражением воскликнул чиновник. – «А я пришел за тобой!» - Сурово сказал смуглый человек, быстро накинул на его шею веревку и потащил за собой.

 Не успел бедняга опомниться, как увидел себя в незнакомом месте, его тянуло на веревке какое-то страшилище. – «Теперь верю, только отпустите меня!» - Взмолился потрясенный человек. – «Поздно!» - Угрюмо ответил его ужасный провожатый.

 Сотрудники, вошедшие в кабинет, нашли их директора мертвым. – «Сердце остановилось!» - Объяснили им приехавшие врачи. – «Да, бывает и такое! – переговаривались люди, выходя из кабинета. – Но почему у покойного лицо так ужасно искажено страхом?»

      Лучше умереть от счастья и с верой, чем умереть от страха и с неверием:

                                            С верой и смерть красна,

                                           А без веры – и жизнь страшна.

                               О правде

    Погнался как-то волк за зайцем по первой пороше. Кинулся заяц туда-сюда, начал петлять, а волк видит следы и настигает зайца. Увидел тут зайчишка избушку отшельника, юркнул в приоткрытую дверь и притаился под лавкой. А старичок тут же сидит на лавочке и улыбается.

 Просунул волк свою морду в дверь и рычит: «Эй, старик! Отдавай зайца!» - «Нет, зайца здесь нет». – Отвечает спокойно старичок. – «Как нет? – Зарычал волк. – Следы, значит, есть, а зайца нет?» - «Да, так и есть» - Усмехнулся старичок. – Следы есть, а зайца для тебя нет! Уходи лучше подобру-по-здорову, а то тут рядом охотники бродят и до тебя, волк, доберутся!»

 Пришлось волку убраться ни с чем.

      Правда Любви Небесной всегда выше правды земной, ибо правда земная не имеет в себе Любви:

                                          У людей правда – земная,

                                          А на Небе – небесная.